Ирина Осипова: Русофобия vs потенциал русофилии на Западе

Ирина Осипова, РИМ
Ирина Осипова, РИМ

Почти ровно год назад я была на форуме в Словакии, где имела возможность пообщаться с гражданами этой страны и обсудить тему того, как они относятся к России. Так как в странах бывшего Варшавского Договора бытуют разные мнения о событиях ХХ века, я, как правило, пытаюсь понять точку зрения собеседника и его аргументацию, чтобы объяснить причины, которые приводят человека в одной или другой точке зрения.

Моему словацкому собеседнику и сверстнику я задала такой вопрос «Как считают словаки в общем? Мы вас освободили или оккупировали?», попросив его дать мне искренний ответ. «В 1945 освободили, а в 1968 оккупировали, но сегодня я смотрю с симпатией на политику России», — ответил мой новый друг. В этом ответе, на мой взгляд, лежит большой смысл, в том числе для изучения вопроса русофобии в Европе. Этот короткий, но чёткий ответ дает подсказку для того, чтобы лучше понять причины русофобии в современном западном обществе и найти ей как исторические объяснения, так и современные решения. Эту тему я затрагиваю в моём докладе, чтобы подойти к основному тезису, где я утверждаю, что на Западе существует огромный потенциал русофилии, который не находит себе применения, и что его умелое культивирование как раз и может служить оружием борьбы против русофобии.

Не углубляясь в историю русофобии, о которой уже очень много и верно было сказано многими участниками форума, стоит обратить внимание на современные страхи Запада по отношению к России. Очевидно, что русофобия имеет свои составные части, которые включают как исторические корни, так и современное манипулирование информацией в Западных СМИ. Прожив больше половины жизни на Западе, который я тоже не считаю правильным оценивать в сугубо негативных тонах, я замечаю, что для запугивания европейцев Россией очень часто используется образ именно Советского Союза. Те же обвинения в империализме редко кто на Западе ассоциирует с Российской Империей, а скорее с советскими танками то в Будапеште, то в Праге, то в Афганистане. Это легко объяснимо. Поколение, которое пыталось перелезть через Берлинскую стену, чтобы увидеть родственников, рискуя жизнью, ещё живо, также как и живы люди, с которыми они делились воспоминаниями и переживаниями. Политтехнологи, которые имеют влияние на западные СМИ, это прекрасно понимают и используют незажившие раны и страхи для манипулирования сознанием. Очень легко поставить знак равно между Москвой 1938 и Москвой 2015, так как речь идёт о том же Кремле. Поверхностный анализ ситуации не даёт достаточно информации для осознания разницы, особенно если у читающего уже сложился определённый образ русских в голове. Ведь и в Рунете ходят картинки, ставящие знак равенства межу разными канцлерами Германии, которые простые пользователи интернета с радостью «лайкают», особо не задумываясь над историческими и политическими аспектами целесообразности подобного сравнения. Единственное в чём правы те, кто ставит знак равно между Москвой 1938 и 2015, а также Берлином 1938 и 2015, — это то, что каждая из двух столиц, имея расхожие интересы и разных союзников, и далее сталкивается в геополитическом противостоянии.

Геополитическое противостояние — в этом кроется причина исторической русофобии, которая сегодня подпитывается призраками антисоветской пропаганды. Как правило, призрак СССР для запугивания в 2015 включает в себя образ грозной, опасной, вооружённой и идеологической силы, пытающейся продвинуть границы на запад в ущерб западно-европейской модели развития. Этот образ прекрасно срабатывает на Западе для запугивания населения, неспособного независимо оценить политику современной России. Поколение современных граждан ЕС — это не граждане, скажем, ЮАР, и в их истории не было такого периода, когда Советский Союз им помогал бороться за свою свободу и права. Зато то, как «русские» танки входили в европейские Будапешт и Прагу, они помнят отчётливо. Страхи европейцев перед СССР поэтому могут быть обоснованы, но никак нельзя оправдать неспособность европейцев посмотреть на сегодняшнюю Россию по-новому — спустя более 20-ти лет после того, как идеологическая составляющая, плановая экономика и партийная система рухнули.

В связи с данным размышлением, вернёмся к истории со словацким другом. Он сказал — «в 1968 оккупировали, но сегодня я симпатизирую политике России». Я тогда продолжила задавать ему вопросы: «Тогда почему сегодня ты симпатизируешь России?». Он ответил: «Я общаюсь с русскими, у меня есть русские друзья и я читаю альтернативную прессу и понимаю, что Россия сегодня ведёт абсолютно иную политику. Символы коммунизма, которые являются частью образа России, — это просто уважение к своей истории». В этом простом ответе и кроется отгадка того, что же нужно делать, чтобы бороться с русофобией. Помимо русофобии на том же Западе появился такой феномен, который уже начинают называть «русофилией». Этот феномен имеет прямую корреляцию с политикой Владимира Путина. Примеров множество, и это касается проявления гражданской позиции обычных западных граждан. Простой пример наблюдаем в социальных сетях, где появляется всё больше страниц, посвящённых Путину, которые стремительно набирают подписчиков, и в комментариях которых можно найти большое изобилие русофилии. Уважение к политике Путина трансформируется к уважению ко всем русским. Тема России становится интересной.

Живя в Италии, я постоянно слышу от право-ориентированных знакомых подобные заявления: «Я никогда не думал, что буду симпатизировать бывшему агенту КГБ, но именно он сегодня является последней надеждой спасения нашей Европы, так как Россия и русские защищают традиции, семейные ценности, свою идентичность, свой суверенитет и противостоит американской модели (которую на Западе называют мондиализмом)».

Пробуждение европейцев, в плане переосмысления их отношения к современной России, происходит в эти дни порой на глазах. Я наблюдала лично за процессом того, как у людей менялось мнение по отношению к России. Русофилия появляется в тех слоях политически активных граждан, которые никогда не имели симпатий к изображению серпа и молота. При этом левые партии, которые не перешли под влияние США, на данный момент сохраняют элементы русофилии иного толка, восхваляя Россию — наследницу СССР, государства, которому они всегда симпатизировали. В этой связи можно выделить два типа русофилии и почвы, на которой она прорастает: симпатии к России левого и правого толка, имеющие между собой в качестве объединяющей идею противостояния империализму США. В остальном разница между двумя типами русофилии очень существенна. Для правых европейских русофилов Россия — это страна, которая переняла на себя истинные основы западной цивилизации: византийскую духовность, римское право, письменность греческого происхождения, архитектурное наследие западного типа и другие общеевропейские аспекты бытия. Для них Россия — единственная держава, которая старается сохранить основы здорового общества, институт семьи, противостоит лобби ЛГБТ и другим либеральным веяниям. Для левых европейских русофилов Россия — наследник СССР, страны, победившей нацистскую Германию, противостоявшей капитализму и реализовавшей элементы социализма. Их приводит в восторг парад победы 9 мая, советская история и её успехи, о которых не забывают в современной России.

Есть очень много европейцев, которые считают Россию единственным спасением для Европы. Приведу один яркий пример из своего опыта. В связи с моей активной общественной деятельностью мне часто пишут разные европейцы. Однажды, узнав, что я буду в Риме, ко мне прилетела из Сардинии на встречу известный итальянский юрист Паола Музу, которая написала не одну книгу, критикующую Евросоюз и единую европейскую валюту с точки зрения их нелегитимности, а также написаланашумевшую жалобу в прокуратуру на Президента и премьер-министра Италии. Музу прилетела Рим, чтобы чуть ли не поставить мне ультиматум — либо я что-то сделаю, чтобы Россия спасла Италию, либо умрёт её последняя надежда и она уйдёт в себя. Учитывая, что человек обратился явно не совсем по адресу, она всё равно прилетела в надежде, что я всё-таки смогу ей как то помочь найти зацепку, становится понятным, насколько ситуация критична. «Я общалась с представителями русской общины у нас на Сардинии и я никак не могу найти человека, который бы мог что-то сделать. Наше правительство преступно и незаконно. Евросоюз нелегитимен. Только Россия может спасти Италию», — с такими заявлениями и с надежной в глазах со мной общалась Музу. На прощание она мне подарила одну из своих книг «Размышления о монете», где она критикует монетарные институты Евросоюза.

История с Музу — одна из самых ярких в моём опыте, но таких примеров очень много. В Италии очень много европейцев надеются на Россию, стучатся к посольства, консульства, обращаются к представителям русской общины, пишут статьи, книги, создают движения, ассоциации, делятся ссылками на пророссийские статьи в соцсетях и ищут русских друзей. Весь этот потенциал не принимается во внимание Россией, не ведущей системной работы с этими проявлениями русофилии. Конечно, я делаю выводы из ситуации, которую наблюдаю в Италии, — стране, где потенциал левоориентированной русофилии является наследником связей коммунистической партии Италии с СССР, а правоориентированный темп русофилии был задан Берлускони и партиями, увидевшими в России спасителя консервативной европейской традиции. При этом власть в Италии сегодня принадлежит левым либералам, полностью ориентированным на США в плане ценностей и геополитики: контролируют основные СМИ, полностью заполоняя их русофобским содержанием. Восемнадцать областей из двадцати в Италии находятся под властью тех же русофобских лево-либералов.

Информационную войну мы проигрываем, несмотря на хорошие предпосылки для развития пророссийского потенциала в этой стране. Для того, чтобы влиять на ситуацию на Западе, никого не надо подкупать по-американски. Русофилия в обществе и так есть, но никто системно не занимается её культивированием. Аналогичная ситуация складывается и в других странах. К каждой стране нужен индивидуальный подход, поэтому я выражаю мои надежды, что данные темы будут изучены более глубоко и наконец-то будет выработана эффективная стратегия использования пророссийского потенциала на Западе.

Ирина Осипова, европейский обозреватель Института международных исследований и сотрудничества, президент ассоциации РИМ Российско-Итальянская Молодёжь

[Доклад прочитан на международном форуме «Русофобия и информационная война против России», проходившем в Москве 25-26 сентября 2015 г.]

Оставить комментарий