Кирилл Аверьянов-Минский: Азиатская Литва и европейская Москва

Кирилл Аверьянов-Минский
Кирилл Аверьянов-Минский

Один из краеугольных камней белорусского национализма — миф о Великом княжестве Литовском как об эталонном европейском государстве. Наследуя польской традиции, белорусские националисты противопоставляют европейское ВКЛ азиатской Московии, которая якобы подверглась в XIII–XV веках тотальному «отатариванию» и утратила европейский культурный облик.

Дихотомия «европейское ВКЛ/азиатская Москва» была характерна для белорусского национального проекта с самого начала: ещё классик белорусской литературы Максим Богданович писал, что благодаря нахождению в составе Литвы «белорусы не подвергались воздействию татарщины, как великорусы» и «развивались на старом корне». В постсоветский период фетишизация ВКЛ достигла апогея, оформившись в идеологию литвинизма.

Реальные исторические факты плохо соотносятся с представлениями «свядомых беларусаў» об эталонной европейскости ВКЛ.

Начнём с того, что в XIV–XVI веках литовские князья владели южнорусскими землями в качестве вассалов татарских ханов, выплачивая им дань и получая от них ярлыки на княжение. Последний ярлык от татарского хана великий князь литовский и король польский Сигизмунд II получил в 1560 году, а московский князь — в 1432-м.

Следующий примечательный факт: литовские князья активно привлекали на свою территорию татар из Крыма и Поволжья и обеспечивали им самые комфортные условия. Известный русский тюрколог Антон Осипович Мухлинский писал:

«История Великого княжества Литовского в своё время представляет нам необыкновенное событие. Когда вся Европа вооружилась мечом и ненавистью против мусульман, тогда благоразумная политика государей литовских с любовью и гостеприимством приглашала в свои владения татар, которые принуждены были от стечения разных обстоятельств оставлять свою родину и добровольно переселялись в Литву. Здесь-то именно мудрая предусмотрительность литовских государей наделяла татар землями, покровительствовала их вере и, в последствии времени, сравняла их с туземными дворянами, избавив от всех почти налогов…

На Руси все пленные принадлежали или великим князьям и царям, или частным лицам: к первой категории относились именно цари и мурзы татарские; пленный же мусульманин, бывший в частном владении и не принявший православие, находился в полном рабстве. Витовт, напротив, жаловал им земли, определив только пожалованному обязанность являться на военную службу… Он также поселял их в городах; а на Руси не допускали татар селиться в городах… Он также освободил поселённых татар от всяких платежей, податей и поборов. Наконец, дозволил им свободу их вероисповедания, не принуждая их переменить религию и даже скрываться с её обрядами. Таким способом они [татары] пользовались всеми правами гражданства и жили в Литве, как будто на родине, со своею верою, языком и обычаями» («Исследование о происхождении и состоянии литовских татар». Санкт-Петербург, 1857 г).

Выходцы из Крыма и Поволжья, жившие в Великом княжестве Литовском, а позже — в Речи Посполитой, со временем образовали самостоятельную этнотерриториальную общность, которую сегодня во всём мире обозначают термином «литовские татары», а в Белоруссии — «белорусские татары». На протяжении веков основным занятием литовских татар была военная служба. Они составляли значительную часть конных войск ВКЛ. Так, немецкие хроники, объясняя причину поражения крестоносцев в битве под Грюнвальдом (1410 г.), указывают на большое количество татар на стороне литовского князя Витовта — от 20 до 40 тысяч человек. Хроники отмечают, что великий магистр Ульрих фон Юнгинген погиб в битве от руки татарского воина Багардина.

Литовские татары

В XVI–XVII веках в Речи Посполитой (частью которой в 1569 году стало ВКЛ) жили, по разным оценкам, от 100 до 200 тысяч татар. Бо́льшая часть из них обосновалась на территории сегодняшней Белоруссии. Несмотря на свою многочисленность, татары Белой Руси довольно быстро подверглись языковой ассимиляции — перешли со своих тюркских диалектов на западнорусский язык, который записывали при помощи арабского алфавита. Такие тексты получили название «китабы».

Пример китаба с переводом на кириллицу

Любопытно, что «белорусский арабский алфавит» многие лингвисты считают наиболее подходящим для записи белорусского литературного языка. Как отмечает витебский учёный В. Нестерович, в текстах, записанных арабским письмом, «полнее, чем в рукописях, созданных кириллицей, отразились фонетические особенности белорусского языка. Язык китабов отличается от языка древних белорусских письменных памятников, он ближе к белорусскому народному языку. В текстах отразились белорусская лексика, фразеология, белорусский синтаксис. С помощью арабской графики, приспособленной к белорусской фонетике, более точно, по сравнению с кириллическими письменными памятниками, передаются некоторые звуковые особенности белорусского языка». Совет свядомым товарищам: скорее переводите белмову на арабский алфавит.

Флаг литовских татар, до смешного похожий на БЧБ — флаг белорусский националистов

Главным этническим маркером литовских татар был ислам, к которому в ВКЛ и Речи Посполитой относились весьма толерантно. Первая мечеть в Минске появилась в 1599 году (в Москве — в 1744-м). К XVII веку мечети действовали в Гродно, Новогрудке, Заславле и некоторых других белорусских городах.

Каменная соборная мечеть в Татарской слободе Минска, построенная в 1901 году на месте старой деревянной мечети конца XVI века

Город Ивье, расположенный на западе Гродненской области, до сих пор считается «татарской столицей» Белоруссии, там в основном живут потомки литовских татар. Примечательно, что в Ивьевском районе родился патриарх современного белорусского национализма Зенон Позняк, тоже имеющий татарские корни.

Зенон Позняк — главный белорусский борец с «московской Ордой»

В исторической литературе белорусских татар обычно изображают горячими патриотами Речи Посполитой, что, в общем-то, соответствует действительности. «Вместе с белорусскими, польскими и литовскими патриотами татары боролись за освобождение Речи Посполитой от стран завоевателей, — пишет белорусский учёный татарского происхождения Ибрагим Конопацкий. — Генералы Чимбай Мурза Рудницкий, Юсуф Беляк, Якуб Ясинский, Матей Сулькевич, Александр Мильковский, Юсуф Базаревич, полковники Гасан Конопацкий и Мустафа Якубовский, много других воинов-татар за свои ратные дела завоевали гордость и уважение белорусского и польского общества». Упомянутые Юсуф Беляк и Якуб Ясинский в 1794 году до последнего защищали Варшаву от русских войск под командованием Александра Васильевича Суворова.

Белорусские татары, начало XX века

Ещё одна характерная азиатская черта Речи Посполитой — идеология сарматизма, которая начиная с XVI века приобрела огромную популярность в шляхетской среде. Согласно ей, польско-литовские шляхтичи считались не славянами (как их холопы), а потомками сарматов — древних степных кочевников. Сарматизм привнёс в культуру Речи Посполитой черты азиатской эстетики, что отчётливо выделило её среди других культур Европейского континента.

В частности, специфика польско-литовской культурной традиции нашла отражение в сарматских портретах XVI–XVIII веков. На них ясновельможные паны изображались в нарочито восточной одежде: жупанах и контушах с цветастыми поясами. Прототипами столь любимых белорусскими самостийниками слуцких поясов были пояса, привезённые из Османской империи и Персии, их производство на территории Белоруссии наладил турецкий мастер армянского происхождения Ованес Маджаранц.

Лукашенко с первым слуцким поясом, выпущенным белорусским госпредприятием

В Российской Империи, в отличие от Речи Посполитой, представители высшего сословия позировали для портретов так, как это было принято во всей остальной Европе, без сарматской азиатчины — изображать дворян в татарской одежде никому бы просто в голову не пришло. Может быть, в том числе и по этой причине евразийское польское недоразумение с его особой шляхетско-сарматской духовностью так легко поделили между собой взрослые европейцы.

Где «польский европеец», а где «русский азиат»?

Мечтания полуобразованной самостийной интеллигенции о рыцарях и замках — это одно. Реальная история — совсем другое, и она недвусмысленно показывает, что «эталонная европейскость» ВКЛ преувеличена раз в десять. Поэтому, когда очередной литвин в следующий раз начнет кривляться перед вами и строить из себя «настоящего европейца», просто расскажите ему про литовских татар и сарматизм. Гарантируем — вашего собеседника тут же увезут на «скорой» с подозрением на разрыв шаблона.

Кирилл Аверьянов-Минский, эксперт фонда «Народная дипломатия»

Оставить комментарий