Анализ доклада «Манипуляция информацией. Вызов нашим демократиям»

Анализ доклада подготовлен Фондом развития институтов гражданского общества «Народная дипломатия»

«Манипуляция информацией. Вызов нашим демократиям»

Опубликовано Министерством Европы и иностранных дел Франции совместно с Институтом стратегических исследований Министерства вооруженных сил Франции в 2018 году

 

Созданный в 1973 году Центр планирования политики (Centre d’analyse, de prévision et de stratégie), находится в непосредственном подчинении министра Европы и иностранных дел Франции. В составе примерно двадцати экспертов, дипломатов и ученых Центр проводит междисциплинарный анализ среднесрочных и долгосрочных событий на международной арене в интересах министра иностранных дел Франции. Он также предлагает рекомендации по вопросам внешней политики, основанные на собственном анализе и взаимодействии с мировыми аналитическими центрами. Помимо прочего, резиденты Центра занимаются научными исследованиями в области международных отношений.

Институт Стратегических Исследований (Institut de recherche stratégique de l’école militaire), созданный в 2009 году, является научно-исследовательским институтом Министерства вооруженных сил. В его состав входит порядка сорока военных и гражданских экспертов, большинство из которых имеют докторские степени. Основная миссия Института заключается в проведении исследований в областях обороны и безопасности, содействии высшему военному образованию, а также участии в общественных дискуссиях по вопросам, связанным с обороной и безопасностью.

Рассматриваемый доклад представляет собой попытку создания полноценного исследования на тему манипулирования информацией и опасности исходящей от данного феномена. В частности, отмечается, что действия определенных стран представляют «экзистенциальную угрозу» для современных демократий.

Авторы данного доклада поставили перед собой задачу глубинного изучения проблемы, ее причин, следствий и возможных решений. Другими словами, они претендуют на создание полноценной научной работы, в рамках которой существует понятийный аппарат, методология, выдвинуты гипотезы, которые подкреплены фактами и доказательствами, и на их основании даны выводы и предложены рекомендации.

Однако уже в начале доклада читателю становится очевидно, что ни о какой научности в данной работе речи не идет. С первых страниц акцент делается на манипулировании информацией исключительно со стороны авторитарных, недружественных европейским странам режимов. Так, в качестве примера распространения манипуляции информацией как инструмента воздействия в 20 веке служат разработанные советскими спецслужбами теории о том, что президент Кеннеди был убит агентами ЦРУ, а СПИД был создан в стенах Пентагона. Стоит отметить, что данные примеры манипуляций появляются в ходе доклада еще как минимум 3 раза.[1]

Далее авторы указывают на то, что существует большое количество слов, используемых без надлежащего определения: пропаганда, дезинформация, фейк-ньюс, пост-правда, различные виды информационных войн. «Эта путаница привела к тому, что некоторые приравнивают RT к BBC или France 24 или вовсе минимизируют проблему, утверждая, что все может считаться пропагандой»[2]. Таким образом, авторы сразу расставляют акценты, предвосхищая как ход, так и результаты исследования. С первых страниц читатель должен понять кто агрессор, а кто должен сделать все возможное для собственной защиты. При этом, указывая на то, что действия России в международном информационном пространстве – объект исследования, своего рода кейс, на котором будет концентрироваться внимание читателей, авторы создают исключительно удобную среду, в рамках которой на любые претензии о предвзятости и намеренном сужении исследовательского поля, можно односложно отвечать: «Любые другие случаи, связанные с манипулированием информацией – выходят за рамки данного исследования».[3]

Сам доклад разделен на четыре равных блока: цели, методы, реакции и будущие вызовы. В первой части работы, для того чтобы исследование имело прочную основу, авторы считают необходимым отбросить наиболее расплывчатые и неоднозначные понятия и найти более точное определение рассматриваемого явления.

«Фейк-ньюс» – изначально возникли как сюжет для американских юмористических программ. Авторы отказывают термину в использовании, так как его употребляют многие главы государств по поводу любых новостей, которые им не нравятся. В конечном счете, это проявление популизма, враждебного свободе прессы.

Понятие «информационная война» является слишком объемным понятием, так же, как и «гибридная война» она включает в себя широкий спектр методов:  от информационных до тайных операций и ядерного запугивания.[4] При этом заявляется, что: «российская политическая и военная элита не стесняется использовать термин «информационная война», сохраняя при этом оборонительную позицию и обвиняя в ее развязывании другие страны, прежде всего США». Этот факт, по мнению авторов, свидетельствует не только об агрессивных намерениях, но и применении методов «информационной войны» в рамках осуществления внешней политики России.[5]

«Пропаганда» – согласно определению, найденному авторами, есть ни что иное как «попытка повлиять на мнение и поведение общества с тем, чтобы люди приняли или изменили свое отношение или поведение по отношению к тем или иным вопросам».[6] При этом авторы считают «пропаганду» неприменимой к данному исследованию так как, она, в первую очередь, подразумевает защиту альтернативного мировоззрения.

Несмотря на заявленный отказ от этого термина, в ходе работы авторы не раз к нему возвращаются. Дальнейшее его использование вкупе с эпитетами «агрессивная», «коварная» и «кремлевская», свидетельствуют об отсутствии понятийного аппарата, который является одной из главных характеристик любой научной работы.

Далее авторы отказываются от использования понятий «влияние» и «публичная дипломатия», так как согласно их точке зрения, эти термины сами по себе не являются проблемными в рамках рассматриваемой темы, однако наиболее активно используются RT и Sputnik в качестве прикрытия своих скрытых мотивов.[7]

Таким образом, наиболее универсальным в работе считается термин «манипуляция информацией». Авторы определяют наличие политического намерения причинить вред и уровень враждебности того или иного действия по собственному усмотрению, демонстративно исключая из исследования другие многочисленные попытки манипулирования информацией.[8]

Помимо отсутствия понятийного аппарата, в докладе также нет оформленной методологии. Авторы откровенно заявляют, что не располагают подходящим методом для достоверной оценки последствий информационных манипуляций.[9] При этом, они ссылаются на опыт американских спецслужб по распознаванию советской дезинформации в ходе «холодной войны», на основании которого сегодня происходит анализ социальных сетей. То есть основным доказательством, того что действия являются скоординированными является количественный фактор: наличие «ботов» и искусственных аккаунтов при распространении той или иной информации. На каком основании определяется причастность и преступные намерения конкретных правительств при этом не сообщается.

Проследить связь между информационным сообщением и его влиянием на поведение целых социальных групп также не представляется возможным, так как процесс включает в себя «слишком много переменных».[10] Тем не менее, по словам авторов, из данного исследования следует, что манипуляция информацией не разжигает новых конфликтов и споров, а сеет сомнение и смятение.  Другими словами, она направлена на то, чтобы расколоть общество. Конечная цель подобных действий – «не столько убедить население в правдивости той или иной истории, сколько заставить правительства и лидеров других стран принимать решения, противоречащие их либеральным демократическим ценностям».[11]

Авторы считают, что эта теория доказательств не требует. Также ими никак не обосновано соотнесение основного понятия работы – «манипуляция», с такими явлениями как «информационные сливы», что является достаточно серьезной терминологической и фактической неточностью.

Исходя из всего вышесказанного следует, что конкретная работа не является научным исследованием. Во-первых, в ходе доклада авторы рассматривают то, что еще в начале доклада ими было вынесено за рамки работы (например, фейк-ньюс). Во-вторых, некорректно используются определения, данные в самом начале работы (пропаганда, информационная война). В-третьих, используются определения, не соответствующие рассматриваемым темам (манипуляция информацией – кража и дальнейшая публикация информации).

Объективность рассматриваемого доклада

Как уже говорилось выше, акценты не в пользу России были расставлены заранее, еще на первых страницах доклада. На тот момент обвинительные аксиомы были оставлены без доказательств. Во второй и третьей части работы авторы переходят к аргументам, которые считают наиболее точно иллюстрирующими правильность их суждений.

Так, для начала авторы приводят исследование, проведенное в США, согласно которому «прогрессивные» люди читают разнообразные источники и склонны доверять только профессиональным изданиям, в то время как правые консерваторы читают только то, что подтверждает их взгляды, так как их закрытое ко всему новому сознание не позволяет критично оценивать потребляемую информацию. Соответственно, та же логика справедлива и в случае европейского правого популизма.[12] Поэтому сторонники правых партий в Европе наиболее часто становятся жертвами тех, кто манипулирует ими в своих целях.

Далее авторы заявляют, что манипулирование информацией является одновременно причиной и следствием кризиса демократии, и именно в нем кроется главная причина кризиса доверия общества к государственным институтам. В большинстве стран фейк-ньюс направлены, в первую очередь, против политических и интеллектуальных элит, что свидетельствует о том, что выгоду от манипуляций получают политические аутсайдеры (то есть политические оппоненты действующих властей). «Эти новые демагоги позиционируют себя как поборники справедливости в отношении среднего класса» что приводит к «варварству в среде буржуазии».[13]

О том, какое отношение к указанным явлениям имеют  авторитарные страны свидетельствуют следующие примеры. Во-первых, только авторитарные режимы закрывают внутри своих стран доступ к той или иной информации.[14] Во-вторых, случай с вмешательством в американские выборы в 2016 году стал уникальным событием, так как впервые иностранное государство – Россия, вмешалась в избирательный процесс другой страны (то есть в избирательный процесс демократической страны, а не наоборот), чтобы добиться влияния и реализации своих интересов.[15]

Таким образом, «цель настоящего доклада состоит не в том, чтобы выявить все информационные манипуляции, осуществляемые государствами в отношении своего собственного населения, а в том, чтобы проанализировать попытки, направленные против иностранного населения, и прежде всего, против наших демократий».[16] Авторы напрямую говорят о том, что все случаи манипуляций информацией, дезинформации, различного рода вмешательства совершенные негосударственными акторами или правительствами демократических (по их мнению) стран не являются предметом данного исследования, так как не являются случаями агрессии. Все эти примеры не были нацелены на подавление свободных демократий и либеральных ценностей, в отличие от действий, совершаемых Россией.

Далее в докладе следует цитата, которую можно назвать «слоганом» всей работы. «В качестве примера иностранного вмешательства мы будем рассматривать Россию и, в меньшей степени, Китай. Это, конечно, не означает, что только эти два государства манипулируют информацией за пределами своих границ. Другие государства тоже делают это или пытаются сделать, но с гораздо меньшим успехом и гораздо меньшими средствами, чем упомянутые выше страны».[17]

По мнению авторов «в работе нет никакой «русофобии», ведь все недавние попытки вмешательства в референдумы (Нидерланды, Брексит, Каталония) и выборы (США, Франция, Германия) прямо или косвенно связаны с Россией. Наши источники из числа европейских властей связывают 80% всех вмешательств в дела Европы с Россией. Оставшийся процент приходится на Китай, Иран и джихадисткие группировки, в частности Исламское Государство».[18] Доказательства этим цифрам авторы по-прежнему считают излишними.

Китай, в свою очередь, копирует методы России. Его операции также являются частью глобальной пропагандистской кампании, направленной на противодействие и ослабление влияния демократических, либеральных ценностей и идей. При этом, наибольшую опасность представляет деятельность Китая во франкоговорящих странах Африки, так как «транслируемая им информация зачастую противоречит французским интересам в регионе».[19] Более предвзятого и псевдоморального аргумента сложно представить даже в публицистической статье, не говоря уже о серьезном научном исследовании.

Еще одним жанровым доказательством является оценка внешней политики России в отношении соседей. Оксфордский исследователь[20] изучил польские социальные сети и показал, что всего через несколько дней после Евромайдана в Киеве на Facebook появилось большое количество фейковых аккаунтов, а также различные платформы, которые начали распространять российскую пропаганду. Исследователь также указал на растущую сложность выявления и приписывания этих действий России, которая все больше преуспевает в их нормализации. «Цель состоит в том, чтобы на европейском уровне изолировать прибалтийские государства и Польшу, изображая их параноидальными, русофобскими истериками».[21] Другими словами, существуют только косвенные доказательства, основанные в основном на прецеденте в другой стране (президентские выборы в США), и даже их практически невозможно увязать с агрессией России. Поэтому использование все более художественной лексики вроде слов «коварно», «раздор», «жертвы» используется в докладе все чаще и чаще по мере ослабления аргументации, в надежде воздействовать на восприятие читателя не столько доводами, сколько красочными эпитетами.

Также авторы считают, что «Евромайдан стал серьезным проигрышем России, именно это травма обосновала присоединение Крыма и усиление агитации на западные страны».[22] Именно «провалы» в освещении войны в Грузии в 2008 году, а затем Украинского кризиса побудили Россию перейти к «негативной повестке», то есть не донесению собственной позиции через ресурсы, подобные RT и Sputnik, а их использованию с агрессивными намерениями. Эта идея также повторяется неоднократно.

На протяжении всего доклада, авторы позиционируют российские СМИ как неспособные конкурировать с крупными европейскими изданиями, такими как BBC и France 24, ни по качеству предоставляемой информации, ни по охвату аудитории. Однако в некоторых частях работы, это точка зрения кардинально меняется: в случае с Прибалтийскими странами на руку российской пропаганде играют низкокачественные местные издания, подталкивающие население смотреть российские программы и читать новостные издания более высокого качества. А в случае с референдумом в Каталонии, RT по мнению авторов вдруг становится крайне популярна в Латинской Америке, и поэтому Россия весьма успешно воспользовалась возможностью ухудшить образ европейской страны (Испании).[23]

В докладе много говорится о фабриках «троллей», российских ботах, замеченных в тех или иных случаях распространения информации, этапах онлайн-пропаганды, однако никаких существенных доказательств помимо ссылок на французских публицистов и похожие доклады, тех же институтов, что публикуют и данную работу попросту нет. Единственным легальным доказательством какого бы то ни было вмешательства со стороны России остается доклад специального прокурора Роберта Мюллера, расследовавшего, в первую очередь, факт сговора президента Трампа с российскими представителями и не выдвигавшего никаких официальных обвинений в отношении российского правительства. Вопрос о том, как авторы рассматриваемой работы на основании того доклада сделали выводы о вмешательстве России практически в каждый внутриполитический процесс большинства стран Европейского Союза, остается открытым.

Основная идея доклада убедить читателя в том, что цель Кремля состоит в том, чтобы заставить европейцев усомниться в существовании объективной истины, посеять смятение и парализовать любое политическое действие.

Очевидно, что работа написана исключительно для внесения России в ранг экзистенциальных угроз. Но даже если признать право ее авторов на свободу слова и выражения собственного мнения, то не стоит забывать, что при этом она абсолютно не научна: ни с точки зрения понятийного аппарата, ни полного отсутствия каких бы то ни было доказательств. Учитывая этот факт, а также тот, что работа написана для внутреннего пользования основных внешнеполитических ведомств Франции, с точки зрения России данный доклад не несет в себе никакого позитивного или негативного значения. На самом деле работа призвана, во-первых, дать хвалебную оценку администрации Макрона, столкнувшейся с «информационным манипулированием» во время президентских выборов, а во-вторых, обосновать необходимость применения еще более жестких, подчас совсем не либеральных мер по борьбе с «угрозой, исходящей от коварного русского противника».

Почему данная работа опасна, но не для России?

В центре внимания большинства школ, исследовательских центров, а также отдельных исследователей и политологов, изучающих мировую политику и международные отношения, всегда находился вопрос соотношения безопасности и свободы. Чем можно пожертвовать ради того, чтобы обезопасить себя от внешнего вмешательства? Насколько валидными являются столь популярные «европейские ценности», когда дело касается необходимости вести информационную войну? Каким образом поступать с негосударственными сетевыми акторами, выступающими в качестве проводников, в том числе, «фейковой» информации.

На все вышеперечисленные вопросы рассматриваемый текст дает неоднозначные ответы. И эти ответы время от времени поражают тем, насколько авторитарными и недемократичными могут быть действия стран Запада, в условиях, когда эти самые «универсальные ценности», по их мнению, находятся под угрозой. Поэтому целесообразно будет рассмотреть какие методы борьбы с манипуляцией информацией авторы считают необходимыми и правильными.

Начать стоит с кейса, связанного с так называемыми «сливами Макрона». Этот пример является, пожалуй, основным в рассматриваемой работе. Он основан на двух главных сюжетах:

А.  Действиях, предпринятых штабом, а позже и администрацией, Макрона для противодействия российскому «вмешательству»;

Б.  Оценке, которую авторы дают подобным методам борьбы с манипуляцией информацией.

Согласно мнению авторов, действия администрации Макрона были исключительно эффективны. К ним относятся:

— Давление на социальные сети. Под давлением правительства Франции, администрация социальной сети Facebook удалила более 30000 «подозрительных аккаунтов».

— Отказ в аккредитации информационных агентств Russia Today и Sputnik, а также невыдача представителям данных СМИ допуска на пресс-конференции при отсутствии аргументации и предоставления каких-либо ссылок, доказывающих наличие злого умысла в их действиях.

— Официальный призыв к СМИ «ответственно выполнять возложенные функции», что, фактически, означает запрет на публикацию информации, которая рассматривается официальной властью как «фейк ньюс» под угрозой отказа в аккредитации.

Описанные действия, направленные правительством Франции на противодействие манипуляции информацией, фактически представляют из себя не что иное как попытки принудить СМИ и социальные медиа к удалению и отказу публиковать ту или иную информацию. При этом, эта информация не всегда опасна для общества или стабильности государственной системы. Именно в случае со «сливами Макрона» информация, украденная с аккаунтов участников его предвыборной компании, не могла нанести какого-либо вреда, так как, по утверждению самих авторов, не содержала никаких компрометирующих материалов.

Ограничение свободы слова, печати и государственное давление на информационные ресурсы – примеры использования откровенно авторитарных политических инструментов воздействия, никак не укладывающихся в дискурс о демократичности и универсальных демократических ценностях.

Даже если предположить, что французские власти мыслят категориями политического реализма и сделать скидку на то, что на войне все средства хороши, оправдать запрет на публикацию фактически безопасной информации, хотя и полученной незаконным путем, никак не получается. При этом, в самом докладе, говорится о том, что данный случай «мягкого» ограничения демократических свобод не единичен. Так, в Германии социальные сети, публичные медиа и СМИ на законодательном уровне обязуются удалять информацию, которая расценивается действующим правительством как «фейк». Также подобные практики на данный момент реализуются в США, Прибалтике, и других странах Европы.

Второй крайне важный аспект – рекомендации авторов, которые, по их мнению, позволят эффективно противодействовать манипуляции информацией в будущем. Часть из них действительно предоставляет пространство для дискуссий и дальнейших исследований, часть – носят общий, декларативный характер, и не обременены серьезной смысловой нагрузкой. Но есть также и те, что идут вразрез с так называемыми «универсальными демократическими европейскими ценностями».

Первая из интересующих нас рекомендаций плавно проистекает из уже описанных тезисов. Авторы предлагают увеличивать количество законодательных инициатив, направленных на противодействие сфабрикованной информации, дезинформации и манипулированию информацией. При этом, решение о том, какая информация — правдива, а какая – ложна, остается, естественно, за правительством.

Какими последствиями чревата подобная рекомендация объяснять нет необходимости. Фактически, речь идет о возможности создания собственного «министерства правды».

При этом, данная тенденция экстраполируется и на наднациональный уровень. Авторы также предлагают сформировать международную коалицию, действия которой были бы направленны на борьбу с гибридными войнами и противодействие дезинформации. Иными словами, лишь определенные государства, разделяющие общее понимание того, какая информация полезна и правдива, а какая создана с манипулятивными целями будут принимать решения о ее запрете. Как следствие, СМИ стран, не входящих в сформированный «клуб», в любой момент рискуют превратиться из «медиа, транслирующих повестку собственных государств» (например, Al Jazeera) в «оружие, направленное на вмешательство во внутренние дела других государств посредством манипуляции информацией» (к коим авторы причисляют RT и Sputnik).

Далее авторы предлагают приложить коллективные усилия для того, чтобы маргинализировать зарубежные пропагандистские организации, фокусируясь, при этом, на расширении контроля за деятельностью социальных сетей и других негосударственных акторов.

В частности, предлагается применение жестких меры по борьбе с «троллингом». В данном случае подразумевается удаление «токсичных» комментариев и блокировку аккаунтов, идентифицированных в качестве «троллей». Стоит отметить, что в данном пункте говорится не о ботах и даже не о «фейковых» аккаунтах, чья деятельность, зачастую, автоматизирована и действительно направлена на достижение определенной цели. Авторы предлагают фактически модерировать контент и комментарии реальных людей, вводя, при этом, в качестве критерия такую переменную, как «токсичность». При отсутствии каких-либо данных о критериях «токсичности», не понятно какая именно информация может быть удалена и по каким причинам. Можно предположить, что подобного рода «широкое» определение может быть использованы в качестве общей характеристики, под которую будут попадать любые комментарии, неприемлемые для стороны, руководящей деятельностью модераторов.

Учитывая, что далее авторы предлагают «усилить политическое давление на социальные сети, вводя строгие кодексы поведения», руководство подобного рода модерацией информации будет идти со стороны государственных структур. В рамках данного отчета предлагаются и инструменты для усиления регуляции деятельности социальных сетей. В частности — введение новых положений в пользовательские соглашения, в соответствии с которыми, пользователь соглашается с тем, что публикация «фейковой», «токсичной», «манипулятивной» и любой другой неугодной информации будет караться удалением аккаунта.

Таким образом, мы видим, что ряд положений рассматриваемого доклада подразумевает введение ограничительных мер, направленных на усиление контроля государства за информацией как на национальном, так и на международном уровне. При этом, подобного рода деятельность будет направлена как на традиционные СМИ, так и на социальные сети, которые, зачастую, выступают в качестве медиа нового поколения.

Принимая во внимание непроработанность методологического аппарата, используемого авторами, а также отсутствие каких-либо критериев, на основе которых могло было быть реализовано разделение информации на манипулятивную, фейковую и правдивую, а СМИ – на правдивые и манипулирующие информацией с целью вмешательства, имеет смысл утверждать, что речь идет об усилении роли государства в деле ограничения свободы слова в международном масштабе.

Рассматриваемый доклад несет угрозу непосредственно для тех, для кого и был изначально написан – стран Европы. Дело в том, что «универсальные демократические ценности и принципы», которые часто выступают в качестве основных элементов полемики, выступают в качестве глубоко укоренившихся критериев для определения стран, с которыми можно взаимодействовать на привычных основаниях. В свою очередь, свобода слова и печати – основополагающие демократические ценности. Рассматриваемый доклад, фактически, прямым текстом призывает к их нарушению.

При этом, что немаловажно, авторы приводят довольно веские доводы в пользу ограничения свободы для усиления безопасности. Но проблема заключается в том, что государства, вводя ограничения на национальном уровне будет руководствоваться разными критериями. Ставя под угрозу общие ценности, авторы тем самым ставят под вопрос сам факт наличия европейской идентичности, опровергая аксиому демократической исключительности Европы и Запада. Именно в этом заключается основная угроза, которую представляет данный доклад для демократических западных стран.

 

[1] J.-B. Jeangène Vilmer, A. Escorcia, M. Guillaume, J. Herrera, Information Manipulation: A Challenge for Our Democracies, report by the Policy Planning Staff (CAPS) of the Ministry for Europe and Foreign Affairs and the Institute for Strategic Research (IRSEM) of the Ministry for the Armed Forces, Paris, August 2018. С.18, С.40, С.52

[2] Там же. С.18

[3] Там же. С.24

[4] For a critique of the vocabulary of hybrid warfare and its alleged novelty, see Joseph Henrotin, Techno-guérilla et guerre hybride : le pire des deux mondes, Nuvis, 2014 and Elie Tenenbaum, Le piège de la guerre hybride, Focus stratégique 63, IFRI, October 2015.

[5] J.-B. Jeangène Vilmer, A. Escorcia, M. Guillaume, J. Herrera, Information Manipulation: A Challenge for Our Democracies, report by the Policy Planning Staff (CAPS) of the Ministry for Europe and Foreign Affairs and the Institute for Strategic Research (IRSEM) of the Ministry for the Armed Forces, Paris, August 2018. С.55-57

[6] Jean-Marie Domenach, La Propagande politique, Paris, PUF, 1965, p. 8.

[7] J.-B. Jeangène Vilmer, A. Escorcia, M. Guillaume, J. Herrera, Information Manipulation: A Challenge for Our Democracies, report by the Policy Planning Staff (CAPS) of the Ministry for Europe and Foreign Affairs and the Institute for Strategic Research (IRSEM) of the Ministry for the Armed Forces, Paris, August 2018. С.20

[8] We are de facto excluding the numerous information manipulation attempts whose intention is neither political nor hostile from the scope of this study.

[9] J.-B. Jeangène Vilmer, A. Escorcia, M. Guillaume, J. Herrera, Information Manipulation: A Challenge for Our Democracies, report by the Policy Planning Staff (CAPS) of the Ministry for Europe and Foreign Affairs and the Institute for Strategic Research (IRSEM) of the Ministry for the Armed Forces, Paris, August 2018. С.24

[10] Там же.

[11] Там же. С.25

[12] J.-B. Jeangène Vilmer, A. Escorcia, M. Guillaume, J. Herrera, Information Manipulation: A Challenge for Our Democracies, report by the Policy Planning Staff (CAPS) of the Ministry for Europe and Foreign Affairs and the Institute for Strategic Research (IRSEM) of the Ministry for the Armed Forces, Paris, August 2018. С.34,

Jayson Harsin, “Un guide critique des Fake News : de la comédie à la tragédie,” op. cit., p. 116.

[13] Там же. С.37,

Pierre Hassner, “Le Barbare et le Bourgeois,” Politique internationale, 84, Summer 1999, p. 90-91.

[14] J.-B. Jeangène Vilmer, A. Escorcia, M. Guillaume, J. Herrera, Information Manipulation: A Challenge for Our Democracies, report by the Policy Planning Staff (CAPS) of the Ministry for Europe and Foreign Affairs and the Institute for Strategic Research (IRSEM) of the Ministry for the Armed Forces, Paris, August 2018. С.46

[15]J.-B. Jeangène Vilmer, A. Escorcia, M. Guillaume, J. Herrera, Information Manipulation: A Challenge for Our Democracies, report by the Policy Planning Staff (CAPS) of the Ministry for Europe and Foreign Affairs and the Institute for Strategic Research (IRSEM) of the Ministry for the Armed Forces, Paris, August 2018. С.47

[16] Там же. С.48

[17] Там же. С.49

[18] Там же.

[19] J.-B. Jeangène Vilmer, A. Escorcia, M. Guillaume, J. Herrera, Information Manipulation: A Challenge for Our Democracies, report by the Policy Planning Staff (CAPS) of the Ministry for Europe and Foreign Affairs and the Institute for Strategic Research (IRSEM) of the Ministry for the Armed Forces, Paris, August 2018. С.61

[20]  Robert Gorwa, Computational Propaganda in Poland: False Ampli ers and the Digital Public Sphere, Working Paper No. 2017.4, University of Oxford, Project on Computational Propaganda, 2017.

[21] J.-B. Jeangène Vilmer, A. Escorcia, M. Guillaume, J. Herrera, Information Manipulation: A Challenge for Our Democracies, report by the Policy Planning Staff (CAPS) of the Ministry for Europe and Foreign Affairs and the Institute for Strategic Research (IRSEM) of the Ministry for the Armed Forces, Paris, August 2018. С.68.

[22] Там же. С.54.

[23] J.-B. Jeangène Vilmer, A. Escorcia, M. Guillaume, J. Herrera, Information Manipulation: A Challenge for Our Democracies, report by the Policy Planning Staff (CAPS) of the Ministry for Europe and Foreign Affairs and the Institute for Strategic Research (IRSEM) of the Ministry for the Armed Forces, Paris, August 2018. С.94

Оставить комментарий