Протестные настроения в России — внутренние и внешние факторы

Российский истеблишмент всё более склонен видеть любую мало-мальски серьёзную оппозиционную деятельность внутри страны как инспирированную извне, то есть как продолжение внешнеполитического давления на Россию со стороны коллективного Запада

Материал комментируют: Дмитрий Галкин и Станислав Бышок

Президент России невосприимчив к критике? Примерно такую мысль пытается донести до нас официальный представитель Кремля Дмитрий Песков, заявивший, что атаки и нападки в адрес главы государства идут уже 20 лет. При этом, по его словам, за годы президентства у Владимира Путина сформировался определенный «иммунитет».

«Реагировать на каждый чих, каждую инсинуацию или, по-русски говоря, вранье, он никогда этого не делал и, я уверен, делать не будет», — отметил Песков.

По словам пресс-секретаря президента, атаки на Путина идут с Запада, а также изнутри страны. Однако президент «более устойчив, чем сила всех этих огрызаний», уверен Песков.

И как это понимать?

— Нападки — это, конечно, слишком резкий и негативно окрашенный термин, — считает кандидат политических наук, исполнительный директор Международной мониторинговой организации CIS-EMO Станислав Бышок.

— Нападки никогда не бывают справедливыми или уместными, не так ли? Если же мы заменим этот термин более адекватным и умеренным словом «критика», тогда всё встанет на свои места. Критика, наряду с похвалой, по отношению к Путину присутствовала с самого начала — достаточно вспомнить обстоятельства Второй чеченской войны.

«СП»: — Что произошло? Почему отношение к Путину изменилось как у внутренней, так и у внешней аудитории?

— Согласно соцопросам, процент поддержки президента Путина стабильно выше 50%, о чём лидеры в западных демократиях могут только мечтать. За постъельцинское двадцатилетие на внутри- и внешнеполитической арене случилось множество событий, которые привели нас ко дню сегодняшнему. Нельзя назвать какое-то одно событие, которое стало решающим.

Есть два основных дискурса, объясняющих нынешние напряжённые отношения между Россией и коллективным Западом. Согласно первому, коллективному Западу нравилась слабая Россия Ельцина, а когда того сменил Путин и стал «делать Россию великой снова», коллективный Запад ощетинился и с тех пор делает всё возможное, чтобы сдержать дальнейший рост страны и обнулить её успехи. Этот дискурс распространён в отечественном официозе и медиа.

Есть другой дискурс, согласно которому сложности в отношениях с Западом имеют причиной специфическое мировоззрение действующей российской власти, которая везде ищет подвох и, предполагая недобрые планы евроатлантических партнёров, идёт на упреждающие шаги, тем самым в конечном счёте создавая из воображаемой конфронтации реальную, с которой уже Запад должен что-то делать. Такая точка зрения характерна для западных аналитиков.

«СП»: — По совам Пескова, у Путина выработался «иммунитет». Так ли это? Если не совсем, то что для него проблемнее: нападки с Запада или изнутри страны?

— О персональном мировосприятии президента Путина мне ничего не известно. Вместе с тем есть ощущение, что коллективный российский истеблишмент всё более склонен видеть любую мало-мальски серьёзную оппозиционную деятельность внутри страны как инспирированную извне, то есть как продолжение внешнеполитического давления на Россию со стороны коллективного Запада.

В рамках такого взгляда на реальность никакого гражданского общества в России или, к примеру, в Белоруссии нет и быть не может, а есть внешние силы, которые действуют через своих агентов или ничего не подозревающих простодушных граждан, которые не читали «Великую шахматную доску» Збигнева Бжезинского и поэтому не знают, как мир на самом деле устроен.

«СП»: — Песков все нападки называет враньем. Но ведь многие претензии справедливы, взять ту же пенсионную реформу… Означает ли это, что Путин не готов слушать критику?

— Дмитрий Песков выполняет свою работу, как считает нужным. Судя по тому, что он занимает должность пресс-секретаря президента Путина уже восемь лет, его отношение к профессиональным обязанностям признано удачным.

Если же подходить к ситуации критически, то следует указать на то, что «вы всё врёте» — это скорее мем, чем ответ. В официозном дискурсе всегда присутствует эта тенденция, когда вместо ответа на вопрос по фактам начинают переводить разговор на вопрошающего или, как у Ильфа и Петрова, на «международное положение». Здесь уже, наверное, надежда на настойчивых журналистов, которые всё-таки будут требовать ответов на вопросы по существу, прежде всего вопросы о внутрироссийских делах, а не указание на внешнеполитические обстоятельства, западных партнёров, план Даллеса или что-то подобное.

— Российская власть на протяжении последних нескольких лет усвоила тактику школьника, оправдывающего свои плохие оценки тем, что к нему плохо относятся учителя, — уверен политический обозреватель газеты «2000» Дмитрий Галкин.

— Возможно, его действительно не любят педагоги. Но это, разумеется, не означает, что он добросовестно относится к учебе. У России и США действительно расходятся геополитические интересы, а многие европейские страны хотели бы снизить российское влияние в Восточной Европе и на постсоветском пространстве. Поэтому многие американские и европейские политики враждебно относятся к России.

Но это не значит, что все критические замечания относительно российской внешней политики продиктованы исключительно желанием как можно более задеть Россию. Кремль совершает множество ошибок, не умеет выстраивать равноправные отношения со своими союзниками (и поэтому их практически не осталось), плохо использует противоречия, существующие между западными странами. И люди, которые неплохо относятся к России или даже рассматривают ее в качестве потенциального партнера своей страны, разумеется, отмечают это.

Но даже на относительно безобидные замечания Кремль реагируют крайне болезненно. Что же касается внутриполитической сферы, то там ситуация еще хуже. Кремль нетерпимо относится не только к критике своей социально-экономической стратегии и не желает обсуждать важные проблемы национального развития со своими оппонентами. Причем свое нежелание прислушиваться к критическим замечаниям власть также пытается объяснить стремлением игнорировать клеветнические нападки. По всей видимости, руководству страны кажется, что оно отыскало очень удобную информационную стратегию. Но в действительности подобное отношение к критике только усиливает негативные последствия внешнеполитических провалов и повышает массовое недовольство внутри страны.

«СП»: — Что тут имеется в виду под словом «нападки»? Если они идут одновременно изнутри и снаружи, может, что-то не так с самой нашей властью?

— Дело даже не в том, насколько правильно действует российская власть на международной арене и внутри страны (замечу, кстати, что, на мой взгляд, и в той, и в другой сфере проводится курс, ведущий Россию к катастрофе). Критика государственного руководства является нормальным проявлением внутриполитической конкуренции и противостояния в информационной сфере с другими странами.

Если власть не желает отвечать на такую критику, какой бы необоснованной и несправедливой она ни казалась, то естественным следствием подобной политики станет подавление активности оппонентов власти (при помощи административных мер и контроля над медийным пространством) и снижение внешнеполитического влияния. И то, и другое в долгосрочной перспективе крайне опасно. Причем, поскольку подобный курс проводится довольно давно, серьезные проблемы нас ожидают уже в близком будущем.

«СП»: — Вот прямо 20 лет идут нападки? 20 лет назад нынешние противники Путина — либералы им восхищались, да и для Запада он был своим…

— Конечно, можно найти какие-то статьи, написанные западными журналистами в начале 2000-х, в которых Путин изображается в крайне неприглядном свете. Но в целом на протяжении первых трех лет правления российского президента продолжалось сближение России с США, которое, на мой взгляд, шло еще более быстрыми темпами, чем при Ельцине.

Что касается российских деятелей, связанных с либеральными кругами (нужно понимать, что это наименование в российских условиях можно использовать только условно). Некоторые из них (например, Чубайс и Вексельберг) до сих пор являются сторонниками Путина, а многие — вплоть до недавнего времени называли сохранение власти в руках действующего президента лучшим из всех возможных вариантов. Но, конечно же, среди либералов были и те, кто с самого начала враждебно относился к Путину. Но, как правило, это были люди, не связанные ни с правящими кругами, ни с олигархическими группировками.

Свободная Пресса

 

Оставить комментарий