Борьба с коронавирусом заставила забыть о поправках в Конституцию РФ

В российских городах массово начали удалять агитационные ролики за поправки к Конституции, в которых используется борьба российских медиков с пандемией коронавируса, сообщает «Коммерсант».

Материал комментируют: Андрей Милюк и Станислав Бышок

Эксперты считают, что размещение роликов было неудачной попыткой вернуть интерес общества к голосованию по поправкам к Конституции.

Многие заметили, что с развитием пандемии тема поправок и впрямь ушла даже не на второй план, а на двадцать пятый, о ней вообще не вспоминают теперь. Почему? Власти предпочитают не злить народ? Или им самим не до нее? Ведь ситуацию с коронавирусом и кризисом, вызванным обрушением нефтяных цен (не без участия российских властей) едва ли можно было прогнозировать. Так что можно предположить, что власти сами оказались в шоке и не знают, как поступить…

Что же выходит, Кремль ошибся с поправками и с «обнулением» президентского срока? Или сделал это крайне не вовремя?

А что теперь? Вернется ли эта тема, когда закончится пандемия? А главное — в каком виде?

— Современная политика — это сначала борьба за внимание граждан, и только потом за их души, — комментирует ситуацию член исполкома незарегистрированной партии «Другая Россия» Андрей Милюк.

— Политические кампании выстраиваются, как представления: завязка, нарастание напряжения и счастливый финал в конце, в ночь после голосования.

Ни в коем случае нельзя снижать эмоциональный уровень. Пока праздный обыватель, разинув рот, смотрит представление на сцене, его карманы обчищают.

Кампанию за поправки в Конституцию проводили по правилам такого спектакля. Самые важные поправки о переделе полномочий во власти всеми способами оттеняли на второй план, не привлекая к ним особого внимания: ну, Госсовет, и Госсовет — что тут такого? Но усиленно «продавали» населению несколько ни к чему не обязывающих «социальных» поправок. Это работает, пока можно «взять на крик»: вы что, против индексации пенсий?

Как только стало понятно, что голосование придется надолго отложить, всю агитацию нужно было немедленно сворачивать, чтобы даже самый бдительный гражданин не вспоминал о поправках. А вдруг люди устанут от сюжета с Конституцией? А вдруг начнут разбираться, что им подсунули? А есть и другие неудобные вопросы. Например, почему не проводят референдум и почему нельзя проголосовать по каждой поправке отдельно?

«СП»: — Можно ли говорить, что кампания Кремля потерпела фиаско?

— Власти привыкли, что самый страшный их враг — это разобщенная, выведенная из легальной политики оппозиция. Поэтому оказались не готовы к тому, что им придется иметь дело с оппонентом, который может легко перебить их информационную повестку, не поддается на политический шантаж и с легкостью противостоит полицейским мерам. Я говорю про коронавирус.

Они не решались переносить голосование до последнего момента. Это произошло 25 марта, одновременно с объявлением о введении «каникул». Дотянули до того, что людям «стало не до Конституции» — все следили за графиками с количеством зараженных. Потому и тянули до последнего, что понимали: второй раз запустить информационную кампанию будет очень сложно.

Тем более, учитывайте, до сих есть такие настроения, что опасность коронавируса преувеличена, а меры по его сдерживанию чрезмерны. Есть ли сторонники этого взгляда во власти? Наверняка. Таких людей переубедит только появление на улицах городов мобильных моргов, как это было в Нью-Йорке.

«СП»: — Когда теперь вернется эта тема? В сентябре? И будут ли какие-то изменения? Может, что-то уберут, а что-то добавят?

— А вдруг отдельного голосования по поправкам не будет вообще? Избирателя и в обычной ситуации сложно завлечь на участки, а тут придется запускать старый спектакль по второму кругу. Придется обещать новые, «еще более социальные» поправки — это сомнительный вариант развития событий. Власть у нас не любит прогибаться перед народом, тем более — подчеркивать его субъектность, декларировать, что государство что-то должно людям.

Удобно совместить голосование со следующими парламентскими выборами, включить это представление в новый контекст. Тем более, что голосование носит совещательный характер — все основные решения уже приняты без участия народа.

Но для этого властям нужно успешно пережить и коронавирус, и следующий за ним экономический кризис. Я думаю, мы недооцениваем масштаб изменений, которые происходят на наших глазах. И в новой политической реальности, может быть, нам окажется не до оспаривания поправок в Конституцию.

— Вместе с обсуждением поправок к Конституции России и общенационального голосования по оным несколько притихла и другая тема, гораздо более опостылевшая и нерелевантная, — «Что там у украинцев?», — обращает внимание исполнительный директор Международной мониторинговой организации CIS-EMO Станислав Бышок.

— Не было бы счастья, да несчастье помогло.

В целом никакого внятного объяснения необходимости для России конституционных реформ, причём именно в таком виде и именно сейчас, со стороны власти не прозвучало. Анализируя накопившийся за десятилетия набор претензий к российской власти, высказываемый экспертами, оппозицией и просто знакомыми на кухне, невозможно там найти сетование на «плохую конституцию».

Точнее, тема Конституции порой всплывает либо в том контексте, что некоторые её пункты не исполняются, либо в контексте воспоминаний о Ельцине и о политическом кризисе 1993 года, закончившемся расстрелом Белого дома. Во втором случае, опять же, критикуется не Конституция как таковая, которая никому и не мешает, а, так сказать, обстоятельства её принятия.

В конце концов, невозможно сравнивать отношение к Конституции в России и, например, в США, где нация по большому счёту и строится именно вокруг действительно выстраданного и исполняемого документа. Ни современная Россия, ни СССР, ни Российская империя не строились вокруг Конституции. Это ни хорошо и ни плохо, это просто такой факт.

«СП»: — Реально до середины марта власти просто не осознавали, что происходит? История с поправками, точнее, с тем, что не учли фактор эпидемии — это качество работы президентской администрации? Или все же форс-мажор?

— В защиту президентской администрации замечу, что никто в мире к пандемии такого характера не был готов, а «коронаскепсис» проявляли такие непохожие государства, как Белоруссия, Бразилия и Швеция. Это новый вирус не только и не столько в плане смертельности самого вируса, она сравнительно невысока, а в том, что сам мир изменился, и в нём человеческая жизнь стала цениться гораздо выше, чем в ХХ веке или ранее.

Многие думали, что пронесёт, старались до последнего не вводить ограничительные меры, продолжать исполнять намеченные планы. Это ведь только в восприятии сторонников теорий заговора всё вокруг просчитано и прописано, а в реальности государства действуют в условиях нехватки информации или, чаще, внутри бешеного потока самых разнообразных сведений и прямо противоположных оценок, в которых как-то нужно разобраться. Уже ретроспективно становится понятно, что нужно было обратить внимание на другую докладную записку, ранее ввести в действие запасной план и пр. А когда всё происходит в реальном времени, всё происходит в ситуации неопределённости.

Кстати, мне представляется, что «обнуление» скорее направлено на то, чтобы топовые чиновники раньше времени не начинали подготовку к собственным кулуарным президентским кампаниям, а занимались своими должностными обязанностями.

«СП»: — В регионах удаляют агитационные ролики за поправки, в которых используется борьба российских медиков с пандемией коронавируса. Что это? Самодеятельность местных властей?

— Отношения власти и общества на региональном уровне тоже играют в этом какую-то роль. Но первично, как представляется, скорее желание послать сигнал в центр: смотрите, мы не забываем, что у нас после победы над коронавирусом ещё и голосование по конституционным поправкам намечено. Опять же, явка на голосовании, имея отношение к легитимности (не путать с легальностью) конституционных изменений, в той же или даже в большей степени является показателем, в глазах центра, исполнительности местных властей.

«СП»: — А гражданам сейчас есть вообще дело до поправок? После того, как рухнула цена на нефть и рухнул рубль, а впереди довольно мрачные перспективы, люди думают, как выжить, им просто не до темы с Конституцией…

— Пандемия изменила приоритеты многих, как и серьёзная болезнь отдельного человека меняет его личные приоритеты, заставляя переосмыслить ценности, отделить наносное от подлинного. Собственно, сопоставляя «обнуление» с коронавирусом, удивляешься, как о первом могли серьёзно спорить и переживать.

Поправки в Конституцию были сформулированы таким образом, что, действительно, их трудно было критиковать по существу с любых позиций — что левых, что правых, что лоялистских, что оппозиционных. Собственно, даже и пресловутое «обнуление», формально говоря, в поправках отсутствует. Наоборот, там говорится об ограничении президентства двумя сроками без всяких «подряд».

«СП»: — Когда теперь эта тема вновь всплывет? К сентябрю? И вернется ли прежний накал страстей?

— В странах с разными политическими системами мы пока видим скорее фиксируемый социологией рост поддержки действующей власти в условиях борьбы с пандемией. Другое дело, что после того, как этот глобальный вызов будет преодолён, в каждом конкретном национальном случае будет, конечно, свой разбор полётов, а настроение населения может смениться и на оппозиционное. В этом смысле трудно как-то реалистично предполагать, когда возобновится — и чем закончится — прерванная эпидемией подготовка к необязательному голосованию по поправкам в Конституцию, в необходимости которых граждан пока никто и не убедил. Даже и в мирное, то есть докоронавирусное время, голосование «против» относилось бы не к тексту поправок как таковых, но было бы демонстрацией отношения к власти в целом. Что уж говорить о перспективах посткоронавирусного голосования, когда, согласно всем прогнозам, жить станет не лучше и не веселее. Кого в этом будут винить? Понятно.

Свободная Пресса

 

Оставить комментарий